Шарль Азнавур: "У меня никогда не было голоса, так что его потеря мне не грозит"

(О РОССИИ)
"Для меня она значит очень много. Особенно если говорить о моем детстве. Мой папа был поваром в ресторане, где готовили блюда русской кухни. Вернее, ресторан был кавказский, но блюда там были чисто русские - той настоящей русской кухни, которой сегодня уже не существует. И не только потому, что многие рецепты утеряны, - порой просто не найдешь необходимые ингредиенты. Кстати, с армянскими ресторанами та же история. В Армении очень тяжело найти ресторан традиционной кухни. Мама выучила русский, помогая в ресторане сначала у моего деда по отцу (дед, кстати, работал поваром у царя Николая II), а потом в ресторане отца. И дома у нас часто собирались гости - преимущественно русские. Поэтому я, мальчишка, купался в русской культуре - прежде всего в музыке, в песнях. А ведь именно через песню проникаешься культурой страны, постигаешь ее душой. В доме родителей звучало много цыганской и русской музыки - "Очи черные", "Две гитары", Александр Вертинский".
(О РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ)
"А еще в детстве мне очень нравилось читать. Я прочитал практически все произведения Анри Труайя. А повзрослев и поумнев (смеется), начал знакомиться с русской литературой. Очень благодарен Жану Кокто, мы с ним дружили, и он составил для меня список из 25 книг, которые обязательно должен прочитать человек, если хочет считать себя образованным, интеллигентным. И по-прежнему я слушал много русской классической музыки. Так что совершенно не чувствовал себя иностранцем по отношению к России, хотя и родился в Париже".
(ОБ ИСТОЧНИКАХ ЭНЕРГИИ)
"Возможно, секрет моей силы в том, что я - дитя эмигрантов. А когда эмигрант вынужден жить в чужой стране, чем бы он здесь ни занимался, он всегда несчастен. Прежде всего потому, что оторван от своей родины, от своих корней. Но, знаете, мой отец был очень большим оптимистом. И он, кстати, не терял связей со своими родителями - они так и жили в СССР, в Ленинакане. Маме было хуже - она потеряла всех близких во время геноцида армян. Собственно, из-за той резни мои родители и бежали во Францию. Когда отец ушел добровольцем на фронт, забота о семье легла на мои плечи. И я, мальчишка, зарабатывал чем мог - продавал на улице газеты, всякую мелочь. А любые испытания дают тебе закалку на всю жизнь. От отца я и унаследовал оптимизм - так что можно считать, что я оптимист во втором поколении (смеется)".
(КАК ПОДДЕРЖИВАЕТ ГОЛОС В ФОРМЕ)
"Кроме как на сцене, я не пою никогда - ни в ванной, ни во время дружеских застолий. У меня стальной голос. Обычно певцы - и мужчины, и женщины, - перешагнув 60-летний рубеж, теряют голос. Но поскольку у меня голоса никогда не было, то и потеря его мне не грозит".
(О ПЕНИИ)
"Петь люди не прекратят никогда. Хотя бы потому, что вся наша жизнь проникнута песнями. Они, словно границы, делят ее на разные периоды - только появившись на свет, мы слышим колыбельные, которые поют нам наши мамы и бабушки, потом сами поем, когда влюблены и счастье переполняет так, что кажется - разорвется сердце. А потом мы уже сами начинаем петь колыбельные - теперь уже своим детям и внукам. Так что перестать петь - это то же самое, что перестать жить".
(О БУМАЖНЫХ КНИГАХ)
"За песни я спокоен. Я гораздо больше волнуюсь за книги. Вернее, за тех людей, которые перестали их читать. Я не понимаю, как можно читать книгу с монитора. Как можно лишить себя этих восхитительных ощущений - когда ты переворачиваешь страницу за страницей, смачивая их своей слюной, - мы же словно пробуем книгу на вкус!"
(О ЧТЕНИИ)
"Что касается меня, то я читаю очень много. Хотя любовь к чтению мне никто не прививал - я пришел к этому сам. И твердо уверен - чтобы научиться жизни, нужно читать. А кто еще может вас этому научить? Что я читаю? Очень много! Есть книги, которые я читаю и перечитываю, возвращаясь к ним иногда через 10-15 лет. Конечно же, я всегда любил русскую литературу. В этом я не уникален, потому что она - одна из величайших в мире. И ее очень хорошо знают и любят во Франции. Вторая огромная часть - французские писатели: Виктор Гюго, конечно же, Бальзак, Золя и множество других. Хотя романов я читаю мало - предпочитаю образовательную литературу. Люблю историю - историю тех стран, у которых она есть: России, Франции, Италии, Испании, Англии, Германии. Эти страны вершили судьбы мира".
("Аргументы и факты", 15.09.10)

Последние новости