(ИГРАЮТ ЛИ ОНИ ТОЛЬКО СТАРЫЕ ПЕСНИ)

«Да, только старые песни. Все хиты, все самое лучшее от The Doors. На концерте вы услышите «Light My Fire», «Break On Through (To The Other Side)», «Riders On The Storm», все что нужно. Приходите! Нет, как раз новые песни — это скучно. Кому они нужны? Я вот на концерт Rolling Stones только за хитами прихожу. Когда они играют новые песни, все идут в бар, за пивом и водкой. Люди возвращаются, только когда слышат, что началась «Satisfaction». Или «Brown Sugar». Вот что все хотят услышать! Тут так же — всем нужны классические «Дорз», и мы ничего другого не играем».

(ПЫТАЮТСЯ ЛИ ОНИ НАЙТИ ЗАМЕНУ МОРРИСОНУ)

«Нет, что вы, какая замена. Это просто вокалист, кто-то же должен петь. Джима Моррисона невозможно заменить, это понятно. Но это же все-таки песни, было бы глупо, если бы мы играли инструментальные композиции. Дэйв Брок приносит немного себя в музыку — это, конечно, песни The Doors, но он остается собой. У него есть своя страсть, своя энергия».

(О ШАМАНИЗМЕ)

«Мы играем те же самые песни, песни The Doors. Стараемся делать это хорошо. Есть ли у нас шаманский элемент — это решать зрителю. Мне вот кажется, что все очень неплохо получается. Дэйв Брок — отличный парень. Конечно, это не Джим Моррисон, это не 1970-е, не 1960-е. Но вот подумайте: вы увидите, как Роберт Кригер и Рэй Манзарек играют «Light My Fire». Если для вас это хоть что-то значит, то все будет отлично».

(ЕСТЬ ЛИ ПЕСНИ THE DOORS, КОТОРЫЕ ОНИ НЕ СТАНУТ ИСПОЛНЯТЬ)

«Есть одна очень популярная — «The End», мы никогда ее играть не будем. Для Джима это была... Можно сказать, священная песня. И еще «My Wild Love Went Riding», потому что она такой же была для Пэм (Памела Курсон — девушка Моррисона, которая погибла через три года после его смерти. — Прим. ред.), ее я тоже не могу исполнять».

(ВСЕ ЛИ МУЗЫКАНТЫ ОРИГИНАЛЬНОГО СОСТАВА ЧИТАЛИ «ДВЕРИ ВОСПРИЯТИЯ» ОЛДОСА ХАКСЛИ) 

"Трое из четырех. Джон Денсмор, барабанщик, как раз не читал. А так, конечно, она нас всех очень вдохновила, стали бы мы так называться. Это книга о том, как Олдос Хаксли принимал мескалин, это такая штука, которая добывается из кактусов. Мне кажется, в России должно быть что-то похожее, в грибах. В мухоморах, по-моему. Не знаю, как они по-русски называются, — такие психоделические красные грибочки с белыми пятнышками".

(О НАРКОТИКАХ)

«Тут важно понимать: наркотики не для музыки нужны. Они нужны вашим сердцу и душе, они переворачивают сознание. ЛСД делает что-то с нашей душой, кислота дает понять, что ты существуешь... во Вселенной. Я не понимаю вот этого, когда люди начинают принимать наркотики, чтобы играть музыку; наркотики нужны для всего твоего существования, чтобы ты узнал, что ты находишься здесь, в этом месте, в это время. Ты получаешь информацию, энергию, ну и потом да, ее уже можно использовать в музыке».

(ПРИНИМАЕТ ЛИ ДО СИХ ПОР НАРКОТИКИ)

«Нет, я перестал, когда мне исполнилось тридцать. Это вещь, которую нужно сделать, когда тебе двадцать. Откроешь двери восприятия раз — они уже навсегда останутся открытыми. Тебе уже не нужно повторения, ты запоминаешь все на всю жизнь. После этого остается только жить на планете Земля, это такое продолжение психоделического трипа — наслаждаться жизнью. Выпей, например, бокал вина. Ты уже знаешь, что ты жив. Это все, что имеет значение: чувствовать, как жизнь течет сквозь тебя».

(О ВИЗИТЕ В РОССИЮ) 

«Мы едем в Россию, чтобы сыграть для вас классические песни The Doors! Первый раз играем для русских. Мне ужасно хочется в Россию попасть, кстати. Попробовать икры и водки. Вообще, много чего хотелось бы: в Санкт-Петербург съездить, в Эрмитаж сходить. На эту вашу площадь хочется большую, на Красную площадь. Как она сейчас называется, кстати? Церкви всякие хочется посмотреть еще. Но времени нет: так что только икра, водка и Красная площадь. В любом случае классно будет побывать среди русских людей, я буду очень счастлив. Я буду счастливый калифорнийский мальчуган».

(О ФИЛЬМЕ ОЛИВЕРА СТОУНА)

«Тут все просто: это Оливер Стоун в кожаных штанах, а не Джим Моррисон. Джим Моррисон был поэтом, тонким человеком, весьма скромным. На сцене он, конечно, превращался в шамана, дикого проповедника, но только там. В фильме Оливера Стоуна даже вот этой трансцендентальности нет, прорыва на ту сторону. Это фильм про сумасшедшего алкоголика. Джим пил, но не был сумасшедшим».

(www.afisha.ru, 01.07.11)