Степан Ледков дал интервью HiFi-стримингу "Звук" в честь 20-летия группы «Марсель» и откровенно рассказал о личной жизни, новой девушке Ксении, о том, сколько он зарабатывает на поздравлениях по телефону, о влиятельных поклонниках и новом альбоме-трибьюте группы. Артист также поделился, почему живет в Санкт-Петербурге и вспомнил о том, как жил в детстве в поселке, где не было дорог, воды и сотовой связи.

Аудиозапись интервью опубликована в сервисе в подкасте “Ниче святого” с ведущим Марком Андерсоном.

Стёпа рассказал о своей девушке Ксении и ее роли в съемках клипа «Марсель» «Я буду здесь».

- Да, Ксения играет там. Это моя девушка Ксения Александровна (Баторшина. - Прим. ред.). Я ее встретил в марте прошлого года. Она меня покорила своей простотой. Во-первых, она не знала, кто я такой. Она работала, поднимала своих детей, дочек, занималась бизнесом. И не было времени, чтобы следить за телевизором. Познакомились в очереди в туалете в клубе. Я ее увидел и сказал: “Девушка, извините, пожалуйста, я ни в коем случае не подкатываю, но вам так идут эти косички”. Она совершенно не сразу клюнула. Она потом рассказывала, что она на самом деле подошла, потому что очередь была огромная в туалет, а мы стояли первые. Мы ее пропустили вперед.

Артист поделился, как его дочь Адриана от первого брака с Катей Кляйн узнала о новой девушке Ксении:

- Вообще отлично. Мы как раз с Катей ехали в машине. Адриана сзади сидела. Мы в нормальных отношения с бывшей женой Катей Кляйн. Мы вообще в этом году справляли Новый год, Катя со своим парнем в Таиланде, а мы, я, Ксюха, ее дети, мои дети все вместе за одним столом.

По словам Ледкова, он подрабатывает телефонными поздравлениями за деньги:

- Записывал, вот недавно даже. По видео созванивался по телефону. В последний раз за сто тысяч рублей. Я просто минуту поговорил. Ребята были на Мальдивах, муж просто повернул камеру, и у него жена офигела. Я поздравил с днем рождения, просто поболтал ровно минуту.

Стёпа признался, что у него есть богатые поклонники:

- Вообще они у меня есть. Например, Алексей Маслов, у него своя мануфактура есть в Москве («Мануфактура Алексея Маслова». - Прим. ред.). Просто события жизни его семьи связаны с нашей группой. Они с женой были на наших концертах раз 15. У них была гендер-пати, и мы пели под Останкинской башней. И башня перекрашивалась в синий цвет. Ребенка они назвали Марсель.

Сейчас готовится трибьют группе «Марсель», который выйдет к 20-летию коллектива.

- Akmal' будет исполнять песню “Небо так любит нас”, он сам изъявлял это желание много раз, знаю, что это его любимая песня. Еще будет рэпер Mayot. Потом будет популярный татаро-башкирский певец Элвин Грей. Его весь шоу-бизнес обсуждает, потому что он вне шоу-бизнеса. Он будет петь песню “Здравствуй, мам”. Они все скидывают, хотят, чтобы я послушал, но мне хочется, чтобы все сделали по-своему. Хотел бы услышать в альбоме-трибьюте Серегу Жукова. Я пока еще не предлагал ему, естественно. Хотя мы с ним дружим. Какую песню я бы отдал ему? “Не ищи”, она бы стала суперхитом.

Стёпа также рассказал о своей национальности и о том, что «Марсель» по сути является андеграундной группой.

- Я до сих пор считаю, что мы андеграундная группа. Мы без продюсера, сами по себе. Мы сами себе пишем песни, музыку. Все это происходит в Санкт-Петербурге. Мы никогда оттуда не уезжали. Питер не сразу принимает, но если ты не сдался, не переехал за коротким каким-то рублем в более большой город, то со временем ты становишься городской легендой. Уроженцем Санкт-Петербурга на моем опыте можно стать минимум лет через 10-12. А то и 15. Я ненец по национальности, оленевод, приехал из маленького города Нарьян-Мар. Родился я еще в более маленьком поселке Бугрино. И чем первым мне запомнился Санкт-Петербург, –– меня встретил друг, мы доходим до угла Невского и Лиговского, и я говорю: “Вадик, это что за дворец!”. Он говорит: “Это метро Площадь Восстания”. И ровно через 10 минут нас грабят самые интеллигентные скинхеды в истории человечества. Они увидели, что мы два лошочка, лопуха. А я реально как лопух был. Подошел сначала один, прям натурально как из кино. И говорит: “Парни, помогите, я с девушкой поругался. Вы можете дать позвонить? У меня телефон сел. Очень люблю ее. Можете помочь?”. А мой друг, который уже неделю был в Питере, но уже начал вести себя как местный говорит: “Степыч, нас шмахнуть хотят. Не давай”. А я ему говорю: “Ну как так, парню надо помочь”. И как только он дал ему телефон, нас тут же окружили шесть таких же ниоткуда взявшихся скинхедов, которые выше нас на несколько голов. Но они стали с нами просто разговаривать: “Ну что, парни, вы откуда, расскажите”. И они просто нас заговорили. А потом — ну ладно, пока. И расходятся. А этого парня уже след простыл.

О жизни в Нарьян-Маре и своем поселке Бугрино лидер «Марселя» вспоминает без ностальгии:

- Там нет дорог, все ходят пешком, там вообще ничего нет, просто поселок недалеко от песчаного обрыва, а дальше море и Северный Ледовитый океан. И море потихонечку ест остров. Дома из моего детства, которые были первые к морю, их уже нет. Они буквально съедены морем. В поселке всего три ряда домов, и прям посередине через весь поселок идет труба, она качает воду из болотистого озера. А там в принципе все болото. Там нет ни одного дерева, ничего нет, соответственно. И раз в 50 метров в этой ржавой трубе стоит кран, где люди набирают воду и домой приносят. Это и питьевая, и мыться, и готовить. Но как только наступает зима, эта труба, естественно, замерзает. И ты идешь с бабушкой к ближайшему озеру, берешь бензопилу и из озера выпиливаешь куб льда, достаешь, на саночки кладешь. И дома на плите эту воду ледяную растапливаешь зимой, другой нет. Буквально 10 лет назад появилась только сотовая связь. Зимой ты оттуда не уедешь, только на вертолете.

Дед Степана был шаманом.

- У меня папа — коммунист, и он рассказал такую историю. Мне часто говорят — Степ, ты на сцене как шаман, шаманишь своими танцами, у тебя есть такой талант, ты гипнотизируешь зал. И как-то мы сидели с группой, наготовили оленины, семги. И папа невзначай начинает: “А вы знали, что у Степы дедушка — шаман?”. Даже я об этом не знал. И прям здесь, в малоземельской тундре к нему в очереди выстраивались люди, приезжали специально к нему из разных деревень. Но самое главное, что у него был официальный коммунистический мандат о том, что он — шаман.