2025, группа «Кино».

Оценка: 8 из 10.

Песня «Звезда» - единственная вещь с «Чёрного альбома» «Кино», почему-то не удостоившаяся отдельной странички в Википедии. Но благодаря этому клипу статья, возможно, появится. Песня была четвёртой в трек-листе этого альбома, который наверняка удостоился бы критики за упрощённое звучание (может, трек «Муравейник» и с «Ласковым маем» сравнили бы), но гибель Виктора Цоя поменяла тональность отзывов. Ну а спустя 35 лет это уже безусловная классика, ибо Цой всё же был великим хитмейкером.

Деятельность возрождённой сыном Цоя группы «Кино» на первых порах вызывала вопросы, но проект выдержал уровень: и новые аранжировки, и концертные шоу, и использование голоса Виктора Цоя – всё оказалось адекватным, уважительным и… современным. Более того, переиздания альбомов и выходы новых клипов не становились чисто ностальгическими инфоповодами – музыка «Кино» и сегодня звучит интересно. Без ностальгии, конечно, тоже не обходится, но Александр Цой и Ко подают её в, скажем так, инновационной упаковке.

Со студией мультипликации «Светлые истории» «Кино» сотрудничало, заказывая новые видео для концертов, и режиссёр Павел Погудин снял клип на «Звезду». Это не было инициативой группы, но, увидев результат, «Кино» нашли его «произведением искусства» и решили выпустить клип отдельным релизом. В ролике нет какой-то сногсшибательной анимации, но есть хорошая идея и адекватное воплощение. Картинка кому-то может показаться примитивной, однако налицо портретное сходство и с Виктором Цоем, и с музыкантами классического состава «Кино». В клипе Цой едет на синем кабриолете, одновременно похожем на «Форд Мустанг» и на роковой «Москвич-2141», заезжает туда, где «дом стоит, свет горит», а потом устремляется в небо, чтобы превратиться в звезду. Группа «Кино» в это время играет на сцене, но место у микрофонной стойки пустует: вокалист поддерживает Каспаряна, Тихомирова и Гурьянова откуда-то сверху. Многие заметят, что покойный барабанщик Густав в этой мизансцене звезду не превратился – но это тоже выглядит вполне символично.

Алексей Мажаев, «ИнтерМедиа»