Сергей Лазарев: «Выплачиваю ипотеку уже много лет»
О ПОДГОТОВКЕ ШОУ «Я НЕ БОЮСЬ»
— В последний месяц на подготовку брошены все силы, так как премьера уже в апреле. В нынешней ситуации мы сталкиваемся с определенными сложностями, потому что над шоу работает международная команда, декорации у нас изготавливаются в другой стране. Я всегда стараюсь привлекать к постановке своих шоу лучших из лучших — с нами работают специалисты из России, Англии, Польши, многих других стран…
Люди сейчас трудятся на удаленке, кто-то отказывается по разным причинам. Переживаем, понимая, что ситуация может измениться. Работаем уже много месяцев, делаем все зависящее от нас, чтобы шоу состоялось. Мы его переносили на год из-за пандемии. Зритель ждет, мы готовимся.
О БЮДЖЕТЕ ШОУ
— Конечно, это дорого. Это ведь не тот случай, когда повесил на сцене светодиодный экран, вышел и спел по порядку песни. У меня грандиозное театрализованное представление: каждый музыкальный номер — отдельная постановка. Таким же было мое предыдущее шоу и весь тур. Планку я не хочу снижать, хотя очень многие крутят пальцем у виска: мол, сейчас не время для таких больших трат. Действительно, все они ложатся на мои плечи, потому что я сам себе спонсор. Вкладываю и рискую своими же ранее заработанными на гастролях деньгами.
Просить у кого-то денег не люблю. Чтобы окупить шоу, нужны будут длительные гастроли, которые сейчас из-за ковидных ограничений проходить не могут — в некоторых городах заполняемость зала допускается не больше 50%. Где-то сейчас послабления — до 75%. Порой мы приезжаем в города даже себе в минус, потому что люди купили билеты.
Выступаем с моим предыдущим шоу «N-Tour», чтобы закрыть обязательства перед зрителями, перед организаторами. За три года мы дали 155 концертов, большую часть мы отъездили до пандемии. То есть за три года можно отбить шоу — просто надо, чтобы концерты были разрешены при полных залах.
О ПРИЧИНАХ РИСКОВ
— Потому что нужно развиваться, а не стоять на месте. Моя профессия — это моя жизнь, и я не могу просто остановиться и ничего не делать. Делаю это в том числе для развития нашей индустрии. Хочу, чтобы зрители наслаждались концертными шоу не только западных артистов, но и своих. И люди ждут песен, клипов…
ОБ ИПОТЕКЕ
— Да, я в ваших рядах — выплачиваю ипотеку уже много лет. Многим кажется, что артисты — это люди, которые живут исключительно беззаботно. Но основная часть моих доходов идет на продолжение творчества, бизнеса. Поэтому взять и сразу выложить за дом большую сумму невозможно — отсюда и ипотека.
О TIKTOK
— Скажу честно: ТикТок — это площадка, которая мною не сильно изведана. Более того, меня туда особо не тянет, так как часто не вижу в этом контенте особого смысла. Понимаю, что там свои звезды. Многие из них так же быстро перегорают, как и появляются. Среди них есть разные люди: и одиозные личности, которые не слушают никого, кроме себя, и более адекватные, умеющие изъясняться, прислушиваться к мнению других.
Тиктокерам, которых я видел на шоу, надо еще много работать, чтобы соответствовать статусу звездного человека, который должен что-то нести. А вообще в нашей сотне жюри есть люди разных поколений, представители разных музыкальных жанров — это такой срез общества.
О ТОМ, КАК ПРИВИТЬ РЕБЕНКУ МУЗЫКАЛЬНЫЙ ВКУС
— Дети ХХI века гораздо быстрее воспринимают информацию, чем мы в их годы. Они очень умные и сообразительные. Быстро сами разбираются с айпадом, айфоном. Узнают много нового и от сверстников, поэтому со многим приходится мириться. Но у нас есть родительский контроль в айпаде, поэтому сын не может скачать что-то без моего разрешения.
Запрос на его скачивание высвечивается у меня на телефоне, я смотрю, что за приложение, и либо разрешаю, либо нет. Как раз недавно мой ребенок прислал запрос на скачивание ТикТока и инстаграма. Я сказал: «Никита, еще рано — давай подождем, когда повзрослеешь». Что касается музыки, то у нас дома есть умные колонки, и, если их попросить, они ставят современную музыку — Никита и Аня в курсе всех последних новинок.
Конечно, я стараюсь влиять на музыкальные вкусы детей. Плюс в колонке устанавливаются ограничения, чтобы не весь контент был доступен.
(Инна Федотова, «Телепрограмма», 09.03.22)
